Оригинал.
19.09.2017

(NSFW) Отоко но ко, или Почему японцы переодеваются японками?

«Умом Россию не понять!» — повторяем мы слова поэта, объясняя людям со стороны те или иные национальные особенности. Но если уж быть честным, то же правило не в меньшей степени применимо и ко многим другим нациям и странам. И Япония занимает среди них особое место.

Только в своих публикациях последние пять лет я наблюдаю забавное явление: неувядающий интерес к заметке о странной и даже пугающей моде на деформацию головы посредством закачивания в неё жидкостей (см. «Для чего японцы закачивают воду в лоб...»). Снова и снова и снова она оказывается среди самых читаемых материалов — и причины ясней так и не стали, несмотря на то даже, что половину времени я сам теперь провожу в Азии. Сегодня, однако, есть возможность продолжить разговор, коснувшись темы вроде бы напрямую не связанной, но всё-таки проливающей свет и на ту старую историю. Речь о феномене отоко но ко.

Если вы никогда о таком не слышали, лучший способ познакомиться: последовать (увы, русскому!) правилу «один раз увидеть». Вот, взгляните на фотографию ниже. Какие чувства вы испытали? Рискну предположить, вне зависимости от пола изображённого на ней лица, вы сочли его привлекательным. Но как раз критерий половой принадлежности здесь очень важен. Посмотрите ещё раз, подумайте и ответьте: кто перед вами — мужчина или женщина?

Каору Осима.

Правильный ответ: мужчина. Это Каору Осима — 28-летний актёр «взрослого» кино, любящий, скажем так, переодеваться в женское. Впрочем, профессия его в данном случае роли не играет. С конца нулевых, когда это поветрие обрело лавинообразный характер, тем же самым занимаются тысячи японцев, а с их подачи и азиатов в странах по соседству. И чаще всего они характеризуют себя вот этим самым японским термином: отоко но ко — что есть игра слов, образуемая заменой одного из трёх иероглифов в слове «мальчик» на «девочку», и примерно переводимая как «мальчик-девочка» или (литературно) «он дочь» (я не лингвист, так что если знатоки поправят, буду только благодарен).

Проследить этапы развития этого феномена непросто по причине его очевидной «социальной конфликтности». Но большинство историков рисуют следующую картину. Началось всё с манга, аниме, и видеоигр — то есть, грубо говоря, с мультиков. Спору нет, в Стране восходящего солнца традиция переодевания сильна исторически: вспомните театр кабуки! Но там действие не распространяется за пределы сцены. Вот почему считается, что именно в «виртуальной реальности», на бумаге и экранах, изображающих повседневность, быт, художниками, сценаристами и программерами, была предпринята первая настоящая попытка стереть между полами разницу в одежде.

В качестве канонического персонажа такого рода нынче часто вспоминают Andromeda Shun из «Святого Сэйи» — истории, нарисованной ещё до 90-х, но на экраны попавшей только к нулевым и внёсшей значительный вклад в популяризацию идеи отоко но ко. За виртуальными героями последовали косплееры — пожелавшие и рискнувшие опробовать новую моду на себе. Ну а там уже подключилась и индустрия развлечений: с конца нулевых в Японии появляются кафе для отоконоко, желающих провести время в компании себе подобных (буквально «себя показать и на других посмотреть»), магазины с одеждой соответствующего стиля, специальная косметика, показы мод и т.п. К настоящему моменту это вполне себе массовое движение, у которого есть свои лидеры-идолы, своё (пусть пока скромное) место в поп-культуре, свои большие планы на будущее (об этом ниже).

Динамика популярности термина (данные Google).

Чего до сих пор нет — так это взаимопонимания с нормальным, так сказать, обществом. Первая реакция «человека с улицы» на отоконоко, к сожалению, остаётся и доминирующей. Да что далеко ходить, признайтесь, как вы сами среагируете, засмотревшись на девушку и вдруг поняв, что перед вами переодетый парень? И немногочисленные исследователи, анализирующие этот феномен, тоже пока склонны трактовать происходящее так же — в контексте гомосексуальности, сексуальных отклонений.

А простые сетяне и вовсе не стесняются в выражениях, используя умышленно обидные характеристики вроде tranny, trap (букв. ловушка, западня), гей (здесь в негативном контексте) и им подобные. При этом никто почему-то не желает прислушаться к самим отоконоко, которые недвусмысленно заявляют: вопрос половой принадлежности и даже сексуальности вообще в их увлечении не главный!

Так чего же ради азиатские мальчишки переодеваются девчонками? Теорий, конечно, множество, но доминирующих две. Первая сводится к разнице в доступных полам средствах самовыражения. Так уж получилось, что популярная культура дала слабому полу больше возможностей подчеркнуть свои «природные данные»: одна косметика чего стоит, не говоря уже про одежду! И это парадоксальным образом противоречит ситуации в дикой природе, где выделяется обычно самец. Сторонники отоко но ко, сознательно или подсознательно, пытаются это упущение наверстать. Как удачно сформулировал один из них, «Мы не хотим быть девчонками, мы просто хотим быть привлекательными!».

И это тоже Каору Осима!

Подтверждая это, многие из них даже и не думают скрывать свою мужскую сущность. Взгляните хоть на того же Каору Осиму. Он вовсе не «сменившее пол», уж тем более не «бесполое», существо! Это не исключает, конечно, того, что возможностью переодеваться пользуются и люди с нетрадиционной сексуальной ориентацией. Но требует, что мы реагировали на «переодевашек» не только как на лиц с гомосексуальными наклонностями.

Другая, более «японская» теория, апеллирует к закостенелости традиций. В Японии женская и мужская одежда исторически чётко разделяли половую принадлежность; более того, «мода» «спускалась сверху», формировалась в приказном порядке. Имперские времена и порядки канули в Лету, но традиции остались — и теперь японцы, обычным для себя методом «проб и ошибок», испытывают на прочность этот культурный барьер, привлечённые может быть не столько самим переодеванием, сколько возможностью нарушить надоевшие правила.

Вспомните, как они делают это в порнографии — шажок за шажком снимая запреты (см. «...великая роль пиксельной цензуры»). Со смешением стилей одежды та же история: запретное сладко — и пока это так, полк отоконоко будет только прирастать. А закончится всё, соответственно, когда на парня, «одетого девушкой», использующего макияж, перестанут глазеть на улицах, когда общество предоставит индивиду право выражать себя так, как он сам посчитал нужным — и перестанет при этом задаваться вопросом его, индивида, сексуальной ориентации.

Что во всей этой забавной кутерьме с переодеванием ещё важно, так это то, какую значительную роль сыграла и продолжает играть цифровая культура. Видеоигры с их виртуальными персонажами послужили тараном: они первыми нанесли удар по культурному запрету, а уже в пробитую ими брешь последовали люди. Сегодня именно игры (теперь уже преимущественно мобильные) продолжают развивать успех отоко но ко, отвоёвывая в массовом сознании пространство для Homo sapiens нового типа: современного, лишённого навязанных стереотипов. Приятно, чёрт побери, что у «бесполезных» игрушек открылась ещё одна полезная черта! Впрочем, это уже тема для другого разговора.

P.S. Использованы графические работы Naoko Tachibana из альбома «Yuri-Danshi».


Япония,отоконоко,косплей,аниме,манга,игра,общество,гей,порнография,пол,гендерный_разрыв,мода,субкультура,NSFW




Евгений Золотов, 1999-2018. Личный архив. Некоторые права защищены